медицинаОх, и не легка же доля медика на селе! Особенно, когда ты работаешь фельдшером, а образование у тебя сестринское. И платят тебе, как медсестре, а спрашивают как с фельдшера. Великая и непонятная страна чудес…

Этот день – 30 декабря прошлого года – я помню как сейчас. И никогда его не забуду. Потому что ничего более шокирующего в моей жизни никогда не было — тогда и произошла эта медицинская история. В тот день в нашем посёлке с населением в 300 человек была ёлка для дошколят. Моей старшей дочке на тот момент было 3 годика, и я решила сводить её посмотреть на Деда Мороза. Сама я в то время была на 7 месяце беременности, но пока не в декрете – ещё работала.

На новый год пришла и девушка, моя беременная подопечная, по имени Русанна. Она привела с собой годовалую дочку. Я знала, что рожать ей предстоит только после Нового Года, и была за неё спокойно. За всё то время, пока длился утренник, я несколько раз подходила к ней и спрашивала, как она себя чувствует. Она мне отвечала, что у неё всё прекрасно.

Утренник кончился, мы пошли домой. А в восьмом часу вечера в моём доме раздался звонок. Звонила мама мужа Русанны и весёлым голосом сообщила, что её сноха рожает.

О, Боже! Я не помню, как я одевалась, не помню, как я звонила своему шофёру, который у нас отвечает за «Скорую», не помню, как вылетела на улицу. В себя пришла только на полпути к дому Русанны. Оказывается, всю дорогу я просто шла и шептала, а вернее бубнила себе под нос только одно – только бы не родила, только бы не родила, только бы довезли…

Скорая ПомощьЭто было страшно. Я неслась через пургу, а была очень сильная метель, я буквально бежала сквозь эту темноту, потому что в нашем селе нет освещения, и старалась как можно быстрее дойти до моей рожающей. Перед моими глазами уже помелькали картинки — море крови и застрявший на полпути ребёнок, которого я не никак не могу вытащить. Картинки моё воображение рисовало страшные. И от этого становилось ещё страшнее.

Когда я, наконец, туда дошла, «Скорая» уже приехала, Русанна сидела в ней и охала, и стонала. Я была в полном шоке и отчаянии. Но сдаваться я не привыкла. Я буквально влетела в эту машину и велела шофёру ехать как можно быстрее. Быстрее при нулевой видимости и при страшном ветре…

А ехать надо было 30 километров…И эти 30 километров мне показались вечностью. Я не знала,  каким богам молиться. Схватки всё усиливались и усиливались, но воды пока не отошли, и это настраивало меня на то, что мы всё же доедем. Я со своим сестринским образованием понятия не имела о том, как нужно принимать роды. Роды в чистом поле…

У меня мелькнула шальная мысль – вернуться обратно. Но я знала, что за роды на дому по головке не погладят. Уж лучше по пути в родильный дом. Русанна держалась. Я как могла подбадривала её и чуть ли не кричала шофёру – быстрее, быстрее…Но быстрее было просто нельзя. Дорога была очень плохая. На каждой яме, на каждом ухабе моя роженица вскрикивала, и в этот момент моё сердце уходило в пятки.

Я напрочь забыла о своей беременности. В моей крови было столько адреналина, сколько не вырабатывается у людей за всю их жизнь. А дорога всё не кончалась и не кончалась… А метель всё усиливалась и усиливалась. И схватки уже были каждую минуту…

новорожденныйБоже, как я тогда не сошла с ума, я не знаю….

Но, наконец, впереди замаячили огни райцентра. Мой шофёр прибавил газку, потому что сам тоже перепугался и хотел как можно скорее доехать до родильного дома. По райцентру мы не ехали – неслись как на крыльях, потому что я чувствовала, что всё, что она сейчас родит, что времени больше нет…

Но мы успели. Успели. И через 10 минут после того, как я передала Русанну в руки врачей, у неё родилась девочка… Вот так счастливо и закончилась эта медицинская история с моим непосредственным участием.